?

Log in

No account? Create an account
 
 
03 Март 2012 @ 15:30
НЕХОРОШЕЕ МЕСТО.  


Молодой парень ехал в Петровск-Забайкальский. Городок этот чуть в стороне от федеральной трассы, между Улан-Удэ и Читой.
Как бы извиняясь за то, что не сможет подвезти Андрея с Ритой дальше, остановив машину на повороте, вздохнул.
- Может, доберётесь как…
- Да, конечно доберёмся, не впервой.
-Ну, смотрите.
Пожелав на прощанье водителю шершавой дорожки, подхватили рюкзаки и отправились к придорожному кафе, маячившему за поворотом.
В кафе взяли по пирожку, по чашке кофе, и по сникерсу. Время - вечер. До наступления темноты в планах было докатить с очередной попуткой до Читы. Ну а завтра дальше, на восток. Пока эта дорога не упрётся в Японское море.

Позади неспешное путешествие по «главной дороге» через всю Россию, с заездом к друзьям в Байкальский заповедник, пережитым там утренним землетрясением. Пару недель путешествия по Байкальскому полуострову Святой нос. Посмотрев там красоты Чивыркуйского залива, погревшись в термальных, еще больше нагревшихся после землетрясения источниках.
Накануне, выбравшись оттуда к Улан-Удэ, переночевали на его окраине, а утром, освежившись в мелководной речушке, добрались и сюда.
Кафешки на трассе, в которых стоит питаться, определить не сложно. Главный ориентир в этом водители-дальнобойщики. Если стоянка рядом с придорожным общепитом занята их фурами, то с большой долей вероятности можно надеяться, на то, что здесь кормят и вкусно и недорого.
За этим придорожным кафе, на площадке, стояло лишь две фуры. Да и те уехали дальше, пока Андрей с Ритой покупали пирожки и кофе.
Взгляд обслуживающей их продавщицы Андрею не понравился. Какой-то усталый, обреченный. Ну да мало ли, что там в её жизни происходит.
Купив пирожки и кофе, вышли на стоянку за кофе, за которой, выбрав удобное место и поставив один к одному рюкзаки, принялись перекусывать. Не забывая при этом маячить поднятым вверх пальцем попутным машинам, информируя их о своём желании ехать дальше.
Когда Андрей отправился к мусорному контейнеру, чтобы выбросить использованные салфетки и пустые пластиковые стаканчики, обернувшись, заметил, как со встречной полосы, пересекши сплошную линию, на площадку стоянки въехала чёрная легковая машина.
Он вовремя подоспел назад к Рите, когда машина уже сдала назад и остановилась рядом с ними. Тонированное стекло двери водителя опустилось и оттуда высунулось лицо с печатью приблатнённой романтики.
- Куда собрались?
- В Читу.
- А откуда?
- С Байкала.
Кивнув на Риту, - Эта с тобой?
- Жена моя.
- Ааа…
Интерес, вроде как пропал. Стекло наполовину прикрывается, и машина отъезжает к кафе. Пока разговаривали, Андрей успевает разглядеть в салоне еще пару поддатых «приблатненных» и нетрезвую девицу на заднем сиденье.
Рита с удивленьем смотрит на Андрея.
- А что я им должен был сказать, что ты девочка - сама по себе? А так, даже по их понятиям, ты вроде как «в домике». То есть чужая собственность, посягать на которую неправильно.
Тем временем, выйдя из кафе, компания загружается в машину и, развернувшись, вновь направляется к ним. Останавливается чуть в стороне, не доехав десять метров.
- Слышь, поди-ка сюда…
Не поворачиваясь, Андрей делает вид, что не слышит. Но, приоткрывается пассажирская дверь и из неё второй, с бритой налысо головой и расхлябанными движениями рук в наколках.
- Ты чё, глухой?
Этот явно провоцирует на обострение ситуации. Допускать этого нельзя.
Рите:
- Дуй в кафе и не выходи пока я тебя не позову.
- Зачем?
- Пирожки ешь.
- Я не хочу есть?
- А жить ты хочешь? Делай, как тебе говорят, спокойно и без разговоров.
Обидевшись на тон, и задрав нос, фигурной походкой та, как по подиуму дефилирует к кафе, а Андрей не спеша подходит к машине. Но, не к пассажирской двери, а к водительской.
Этот, похоже, у них старший, он же и трезвее остальных.
Сдерживая раздражение, говорить Андрей старается спокойно. Даже нарочито равнодушно, как человек, которому в этом мире нечего бояться.
- Чего хотели?
Спокойствие и нарочитое равнодушие срабатывает. После оценивающего взгляда:
- Садись, поговорим…
- Ну, давай поговорим…
Андрей присаживается на край заднего сиденья, к с любопытством разглядывающим его гоповатому парню и такой же девице. Оставив открытой при этом дверь, и правую ногу на улице, с возможностью упора на асфальт.
Разливают по стаканчикам бутылку водки. Один протягиваю Андрею.
- Выпьешь с нами?
- Спасибо не буду.
- Не уважаешь нас?
- Нет, просто не хочу.
- Ну, как знаешь. Только сегодня отсюда вы всё равно хрен куда уедете.
- Это еще почему?
- Потому что стемнеет скоро, и хрен вам здесь кто остановит. Погнали лучше с нами в сауну. Погуляем, переночуете. А завтра поедете.
Так вот в чем дело. Компании явно не хватает еще одной девушки на вечер. Подъезжая, положили на Риту глаз, и теперь, «на дурачка», пробуют заманить к себе «по-хорошему». Ну а там, известно, как покатит.
Постараются обоих подпоить. Угостят травкой. Рита девушка компанейская, может и повестись. Разговор с Андреем, если не удастся напоить, будет уже не такой вежливый. Риту же вообще никто спрашивать не будет. Станет кочевряжиться, получит по башке. Через день - два, в лучшем случае, выкинут обоих на трассу…
- Спасибо ребята. Ждут нас в Чите, друзья, с ними и погуляем. Перед вами созванивались с ними, сказали им где мы зависли.
Отмазка шита белыми нитками, но вполне правдоподобная.
- А чё за друзья?
- Журналисты с местного телевидения.
Андрей этого даже не придумывал. Нужное словосочетание, неизвестно откуда взявшись, само сорвалось с языка, заставив собеседников погрустнеть еще больше. Возможное поднятие шума, в случае нашей пропажи, им совсем ни к чему.
- Да? Ну ладно, чё…. Может все таки выпьешь с нами?
- Не, не хочу пока.
Андрей нарочито потягивается и улыбается.
-Вот доберемся до места, там уже и поляна накрыта. Давайте, парни, удачи вам…
Парни явно разочарованы.
Выйдя из машины, Андрей не спешит к стоящим в одиночестве рюкзакам, нарочито спокойно закуривает. Резко газанув, машина уезжает. Как только огни её скрываются в сумерках, за поворотом на Петровск-Забайкальский, он отбрасывает сигарету и идет за Ритой.
- Всё, берём рюкзаки и уходим.
-Куда?
- Туда, откуда нас со стоянки не будет видно. А там уйдём в лес, поставим палатку и переночуем.
- Зачем?
- Затем, что гопники эти, скорее всего, сейчас еще подопьют и за тобой вернутся.
- За мной, зачем?
- За тем. Подрывайся и вперед, объяснения потом.
Вроде дошло.
- А ты, что меня им отдашь? У тебя же в рюкзаке ружьё?
- Пока я его достану и соберу, они десять раз успеют навернуть меня, чем ни будь, сзади по голове. А тебя никто и спрашивать не будет. Закинут в машину и увезут.
- Я никуда не поеду. Я на них в ментовку заявлю.
- Как только ты произнесёшь эту «волшебную фразу», жизнь твоя, с большой вероятностью, уже ничего не будет стоить. А вместе с ней и моя.
- А что, в лесу они нам ничего не сделают?
- В лесу, если огня с трассы видно не будет, они нас и искать не будут. А если будут, то и разговор там с ними будет иной.
Все это, отрывистыми фразами, Андрей поясняет Рите, пока они быстрым шагом, в густеющих сумерках, удаляются вдоль трассы от стоянки.
Андрей вздрагивает от неожиданности, когда сзади них, слепя их фарами, остановилась, посигналив им фура.
Со стороны водителя, открылось окошко.
- Куда путь держите?
- На Читу.
- Залезайте. До Читы сегодня не доеду, заночую, но подвезу, сколько смогу.
Познакомившись и рассказав немного об своём путешествии и будущих планах, Андрей спрашивает водителя, с чего тот вдруг решил в сумерках остановиться и их подвезти.
- Место тут нехорошее. Нечего вам здесь делать.
Чуть позже рассказывает, что кафе это облюбовали для своих гулянок местные приблатнённые. Что и он имел неосторожность раз остановиться там поужинать. После чего у него были неприятности.
Какие не говорит. Говорит только, что всё тогда могло быть и хуже, но обошлось.
Андрей рассказывает про историю, в которую они только что чуть не вляпались.
Рита влезает со своим «особым мнением». Что, по её мнению, «ребята» были нормальные, что ничего такого не хотели, и что Андрей, скорее всего, перегибает.
Не хотели, так не хотели. Обошлось и ладно.